Armat - national platform
Регистрация
1

....

2
Зарегистрируйтесь, чтобы иметь возможность публиковаться и делиться своим мнением и взглядами
Позвольте нам узнать о вас немного больше
Выполнено
Войти
Войдите, чтобы иметь возможность публиковаться и делиться своим мнением и взглядами
Войти
Забыли пароль?

или присоединяйтесь к нам через социальную сеть

Отправить
Войти
Регистрация
Из Трапизона до Арарата
Память

Из Трапизона до Арарата

На обложке: изображение Богоматери в монастыре Сумела в Трапизоне (Трабзоне), лицо которой стерто нехристианами / jo.bloor

«Из Трапизона до Арарата» – рассказ известного армянского писателя Левона-Завена Сюрмеляна, которого многие знают по его автобиографическому роману «К вам обращаюсь, дамы и господа» (1945). Левон родился в 1907 году в Трапизоне, во время геноцида потерял родителей.Он перевел на английский язык армянский эпос «Давид Сасунский» и множество армянских народных сказок. Представляем вниманию  читателей переводы некоторых его отрывков из статьи «Армения», которые были опубликованы в американском журнале Holiday. 

ИЗ ТРАПИЗОНА ДО АРАРАТА

Аптека отца находилась на главной торговой улице в центре Трапизона. Золотыми буквами на широкой вывеске было выведено название Pharmacy Central на французском, турецком, армянском и греческом языках. В аптеке по рецептам готовили отличные лекарства. Отец изумился бы, если бы увидел современные американские аптеки. В задней комнате доктора Андреаса Метаксаса спали больные, некоторые из них проделали путь из далеких сел пешком или на ишаках.

Когда по вечерам отец возвращался домой, все собирались в гостиной, которая была меблирована в турецком стиле, на стене висела карта Италии и письменная доска. Он любил карты. Отец снимал свои черные туфли и, закинув ногу на ногу, садился на маленький диван возле печки. Виктория, наша служанка, очень красивая девушка, которую в девятилетнем возрасте приняли в наш дом, по семейному обычаю на серебряном блюде приносит аперитив. Отец своей рукой наливает в серебряный кубок водки, добавляет туда немного воды и выпивает, после чего мы все вместе говорим: «На здоровье». Потом салфеткой вытирает рот, шумно вздыхает, закусывает икрой или кусочком сыра Рокфор, или маринованной зеленью, или проглотит свежую устрицу, полив ее лимонным соком.

Панорама Трапизона / houshamadyan.org

«Я лорд, лорд», –  восклицает отец, придавая этому слову английское значение, которое вбирает в себя краткую характеристику хорошей жизни и полного душевного спокойствия.
Беседует со своей женой и четырьмя детьми. Чего еще желать человеку? Мать была на 13 лет моложе отца и выше его ростом. Она была похожа на «черкесскую княжну»: белокожая, с длинными светлыми волосами, которые собирала в узел на затылке, а отец был смуглый. По рассказам семьи, в свои 19 лет, до замужества, она была такой красивой, что статный австрийский князь, который был сослан за какой-то проступок в Трапизон то ли из Вены, то ли из Полиса, хотел на ней жениться. Она же была дочерью богатого купца, который играл в нарды с турецкими правителями и был предводителем армянской общины Трапизона, в дальнейшем расстрелянного на центральной площади по приказу султана Абдул Хамида во время подавления армянского «восстания».влялись самой большой ценностью города. Здесь искали себе жен как западные, так и восточные правители: бургундские герцоги и польские императоры, туркменские предводители и грузинские цари отправляли своих посланников в Трапизон, чтобы те подыскали им жен. Женевские и венецианские купцы, имеющие свои общины в городе и играющие немаловажную роль в черноморской торговле, распространяли по всему свету славу о красоте трапизонских женщин как самых красивых в мире, а их обаяние являлось неиссякаемым источником для творчества французских трубадуров.

Армяне из Трапизона / houshamadyan.org

Наша столовая была обставлена в европейском стиле, там стояла открытая медная печь, на которой мы подогревали хлеб до золотистой корочки. На стене висела карта Греции. За ужином пили чай. Спустя час мы возвращались в гостиную, отец садился нога на ногу в кресло возле печки и читал «Бюзандион», консервативную газету, которая являлась оппонентом наших вспыльчивых революционеров.

Разочарованный учитель, мой отец, верил, что математика является содержанием всех наук. Для хорошего образования необходимы еще две вещи: греческий язык и музыка. Мою сестру Нуард отправили учиться в греческую школу, тем самым проявив неуважение к армянской общине, которая славилась своими школами. А брат Онник брал частные уроки греческого языка. Нуард обучалась игре на фортепиано, а Онник – на скрипке. Я был еще очень мал.

По вечерам отец развлекал нас игрой на скрипке и пением церковных песен. Он обязательно вставал и отбивал ногой ритм или же размахивал руками, дирижируя свои любимые песни и песни, которые исполняли мы. Когда же приходили гости, а это случалось довольно часто, он начинал музыкальную программу в гостиной, которая была обставлена на французский манер и украшена привезенными из Парижа кувшинами. Онник должен был играть на скрипке, Нуард – аккомпанировать на пианино, а я, стоя на стуле, громким голосом читать стихи. После этого женщины и дети переходили в столовую, чтобы мужчины смогли начать играть в карты.

На частные праздники отец приглашал европейский оркестр, гости танцевали вальс и кадриль, выпивали несколько сундуков шампанского. Пасха – наш самый большой праздник. Школу закрывали на две недели. Страстная неделя начиналась с уборки дома. Мама готовила праздничный обед к пасхальному воскресенью.

В страстной четверг мать отводила нас в общественную баню, которая когда-то была византийской  церковью и была переделана в баню для неверных «Гявур хамам». В этот же день вечером после бани шли в церковь, где епископ омывал ноги 12 ученикам, в том числе и мои. Это очень трогательное священнодействие символизирует пример Христа, омывающего ноги своих учеников (апостолов). После окончания мы должны были поцеловать епископский крест, помещенный в бархат и украшенный драгоценными камнями на библии в серебряном переплете. Когда мне было восемь лет, я оконфузился, так как вместо креста хотел поцеловать свою ногу. Находившиеся в церкви прихожане стали шуметь, когда я силился поднести губы точно к тому месту, где было помазано священным миром.

На Пасху все надевали свои самые лучшие наряды. Даже самый бедный приобретал для себя хотя бы пару новых туфель. Модницы выходили в нарядах по последней французской моде несмотря на то, что епископ не одобрял этого.

Следующий  большой праздник – Вознесение господне. Мы проводили несколько дней в армянском храме, окна которого выходили на стан Ксенофона. Этот храм располагался близ Эрзрумской дороги на вершине холма, у него были толстые стены и башня, напоминавшие крепость. Мать снимала для нас комнату в доме для паломников. По всей длине дома тянулся коридор. Оттуда мы могли наблюдать за четырехугольной площадкой внизу, где разместились в палатках бедняки, крестьяне, музыканты со своими музыкальными инструментами: зурной, кяманчой, дхолом. Когда крестьяне начинали танцевать, молодые незамужние девушки показывали себя во всей красе и молодые парни, присмотревшись, выбирали себе невест.

По обычаю было принято три раза обходить храм с баранами для жертвоприношения, на рогах которых были прикреплены зажженные свечи. Затем под дубом или орешиной их разделывали, готовили из них шашлык и раздавали всем за спасение душ умерших. Все это сопровождалось игрой пары слепых гусанов на скрипке, которые пели свои героические и лирические песни, либо исполняли произведения Саят-Новы ашуга Дживани и других известных гусанов.

***

Из Трапизона в Эрзрум можно доехать на автобусе, проезжая через Армению по золотой дороге, ведущей в Самарканд. А из Эрзрума в Карс можно добраться по железной дороге или на автобусе. Если путешествуешь автобусом, то проедешь Сарыкамыш, который расположен на высоте 7500 шагов над уровнем моря (2100 метров, прим). Из-за кедровых лесов вам может показаться что вы в Швейцарии, но с той разницей, что зимой там бывает до 30 градусов мороза.

Двуглавый Арарат, как страж, уверенно стоит над Ереваном. Никакой другой город Европы и мира не имеет подобного местоположения. Вблизи Арарата нет других гор. Кажется, что армянский исполин не терпит чьего-либо присутствия. Это и является причиной того, что он так высоко стоит. Сравниваю Казбек с Араратом. У обеих гор фактически одинаковая высота, но грузинский великан кажется  наполовину больше.

Большой Арарат с вершиной, среди клубящихся облаков, похож на могучего библейского старца. Рядом с ним Малый Арарат, имеющий совершенную коническую форму, предстает в образе его преданной подруги. Кажется, что это царская чета данной богом властью преданно правит янтарным, гранатовым и аметистовым царством, распростертым перед ними. Позволяет Еревану находиться очень близко, но его вершины находятся в 22 милях, на турецкой земле. И все же Арарат появился на государственных печатях Армении, поскольку эта гора, независимо от международных соглашений, является вечным символом нашего народа.

Фотокарточка с изображением Арарата / houshamadyan.org

Армяне, как бы они ни любили свою родину, все же не очень хорошо адаптируются к родной среде. Турки, грузины, персы, как правило, не переселялись. Армяне всегда предпочитали запад. Душа и сердце с Европой –  эта мысль очень крепко сидит в нас. Мы маленькая нация, сдавленная гигантскими соседями и многократно попранная ими. Очень близки к мировой цивилизации с первых дней нашей истории, и в стане возникших империй мы шли своей дорогой. Мы первая нация в мире принявшая христианство и долго боролись за это как при помощи собственной армии, так и благодаря византийским армянским императорам и полководцам – их было много. Брались за мечи, чистили их не раз и чудом возрождались, вновь выходя на арену со своими врагами.

Наша история – нескончаемый ряд войн, кровопролитий, революций и возрождения. А сейчас живем еще в большем страхе быть уничтоженными, чем раньше. Армяне полностью вырваны с корнем вместе с 4/5 части нашей родины. Больше ни один армянин не сможет жить в Трапизоне, Карсе, Эрзруме, Ване. В прошлом армянские колонии ассимилировались в Польше, Венгрии и Румынии, превратившись в одну из частей общего населения. И подумайте, сколько мы сможем вытерпеть на этот раз, опасаясь, что проживающие в Советском Союзе 3 млн. армян обрусеют, и хотя я живу не в Армении, уверен и осознаю, что мы не сможем продолжить свое существование в колониях за рубежом.

«После нашей смерти армян не останется», – слышишь эти жалобные слова во всех общинах. Мы бок о бок будем слушать нашу музыку и стихи, мы будем танцевать, держась за руки, и вечно будем спорить, как нам освободить Армению.

Истребленный, разорванный на куски и разбросанный по всему миру армянский народ изо всех сил цепляется за свою самобытность, отказывается отрекаться от своей мечты, пока разрушающие потопы не пройдут по последним оставшимся преградам и стены не исчезнут под нашими ногами.

Несомненно, армяне безумны. Безумны, потому что в жестокие времена поют бессмертную песню. Вавилон, Ассирия, Хеттское государство, Мидия, Рим, Византия, Парфена – все они исчезли с лица земли, а их современница живет до сих пор. Наши поэты несмотря ни на что пишут, архитекторы строят, музыканты сочиняют, а купцы оказывают содействие национальным интересам. Не будет этому конца. Действуют армянские школы в Бейруте и Алеппо, в бедных кварталах, в полуразрушенных старых зданиях или в арабских селах на берегу Евфрата.

Мальчишки босиком, но с сияющими глазами, чьи родители 40 лет были беженцами, учат армянский алфавит, поют народные песни и читают любимые стихи национальных поэтов.

Можем увидеть в их лицах след неприкаянности, но Тигран Великий вошел в Антиок с 500-тысячной армией и уничтожил парфянскую кавалерию, сражение под предводительством храброго Святого Вардана отстояло право церкви и народа оставаться христианами, и Армения продолжает охранять восточные границы христианства как авангард западной цивилизации на Востоке. Запад и Восток одновременно проникают в душу армянина, между тем как с незапамятных времен сталкиваются друг с другом. И я на примере Армении покажу, каким может быть миролюбивый и объединенный мир.

Переведено с армянского. «Дзайн Амшенакан», выпуск октябрь 2004

Комментарии

Что читать далее