Armat - national platform
Регистрация
1

....

2
Зарегистрируйтесь, чтобы иметь возможность публиковаться и делиться своим мнением и взглядами
Позвольте нам узнать о вас немного больше
Выполнено
Войти
Войдите, чтобы иметь возможность публиковаться и делиться своим мнением и взглядами
Войти
Забыли пароль?

или присоединяйтесь к нам через социальную сеть

Отправить
Войти
Регистрация
Бейрутский москвич Дро Кендоян: о разнице армян, о разнице городов. Интервью

Бейрутский москвич Дро Кендоян: о разнице армян, о разнице городов. Интервью

Дро, расскажи, пожалуйста, где ты  родился и  как проходили твое детство и юность?

Родился в Ливане в армянской семье. С трех лет начал ходить в армянский детский сад и в том же возрасте стал скаутом в Homenetmen (ливанский филиал армянской спортивно-скаутской организации; основана 18 ноября 1918 года в Константинополе, Турция – прим. ред.). В семь лет начал заниматься армянскими танцами в организации Hamazkayin, и это продолжалось шесть лет. Потом начал играть в баскетбол в Homenetmen и основное время проводил на стадионе с друзьями. В 18 окончил школу Aslanian College (армянская школа в пяти км от Бейрута, Ливан – прим. ред.) и принял решение переехать учиться и работать в Россию, Москву.

А чем был обусловлен выбор именно Москвы? Довольно необычный выбор.

Да. В 2006 году, когда я заканчивал школу, началась ливано-израильская война, поэтому я заранее уже знал, что я уеду, как только закончу учиться. Сначала хотел уехать во Францию, так как знаю язык, но друг отца, который жил в Москве, предложил приехать учиться и работать с ним. Идея очень понравилась, и я думал, что новый язык и новая культура будут мне очень интересны. До этого не знал ни одного слова, и о Москве, кроме Красной площади, ничего не слышал, так как наше образование в Ливане больше ориетировалось на запад – в школе учились с французской государственной программой.

Как вижу, ты был очень интегрирован в общинную жизнь армян Ливана. Искал ли ты после переезда пути вовлечения в армянскую общину Москвы?

Да. Помню 24 апреля, РУДН (Российский институт дружбы народов в Москве – прим. ред.), это был мой первый год. Сижу в аудитории и вдруг слышу какие-то голоса, крики. Я подумал, что это армяне приехали, вышел, смотрю – не они.

Друг отца, к которому я приехал, был священником в армянской церкви, и вокруг него была довольно большая община, но это не то, что я искал, так как эта община была более религиозной, а я привык проводить все свое свободное время в армянском спортивном клубе, если не на стадионе, то в кафетерии. К сожалению, я был огорчен, так как были некоторые люди, ответственные за координирование общины, были разные организации, но на деле ничего не было.

Со временем я познакомился со многими молодыми парнями и девушками и могу сказать, что знаю многих. Некоторые из них стали моими друзьями. Я помню, как однажды ехал в метро, еще не мог говорить по-русски, но видел человека, который держал в руках газету, и я смог прочитать слово «Армения». Сразу спросил у него, не армянин ли он. Оказалось, нет.

В 2008 году мы создали Homenetmen Москва, этот опыт я считаю неудачным, потому что мы не смогли заинтересовать армян, чтобы они участвовали в нашей деятельности, хотя сама организация до сих пор существует.

Как думаешь, почему этой организации не удалось объединить армян Москвы?

Во-первых, Москва – очень большой город. Во-вторых, в Homenetmen все волонтеры, я получил много звонков от людей, которые хотели работать с нами, но за деньги. Мы создали футбольную команду, у нас был футбольный стадион, но в 2009 году из-за кризиса мы потеряли и стадион, и команду. Сейчас действует скаутизм, но, несмотря на долгую работу, их число составляет максимум 30 человек.

Думаю, армяне Москвы, которые переехали из Армении, не считают себя в чужой стране, часто летают в Армению и не сильно нуждаются в армянстве. Обычное дело видеть русскоговорящих армян, но поначалу это было шоком для меня, что два армянина между собой общаются на русском. Но потом я понял, что таких очень много и здесь это норма. Да и, возможно, русскоговорящий армянин больше знает историю и больше делает для Армении, чем, например, я, и я смирился с этим фактом.

Выходит, ты изнутри знаешь ливанскую, московскую общину армян и не понаслышке знаком с армянами из Армении, так как твоя жена родом оттуда. Можешь провести параллели между ними?

Моя жена всю жизнь прожила в Москве, но да, у нее есть родственники в Армении, от которых я и знаю о жизни в Армении.

Ливанская община была образована после геноцида и изначально боролась против ассимиляции, поэтому создавались армянские школы, церкви, спортивные и культурные клубы. В Ливане армянин, который ходит в армянскую школу и в клубы, с детства мечтает об Армении и сравнивает ее с раем, хотя никогда там, как правило, не был. С детства учит гимн и патриотические песни. Например, мне дедушка всегда рассказывал о фидаинах с помощью песен. Есть армянское радио, которое вечно включено у нас дома, даже когда качество хромает. Это большинство армян Ливана. Конечно, есть и такие, кто ассимилировался, чьи дети и внуки ассимилируются, но основная масса все же живет так, как наши деды, сохраняя язык и культуру.

В Москве темп очень быстрый, и я замечал, к сожалению, две категории армян. Можно сказать, богатые и бедные, и также можно поделить их на тех, кто переехал давно и тех, кто переехал недавно. Ассимиляция тут неизбежна, так как нет достаточно школ, нет клубов и даже нет интереса. Часто группируются несколько человек, пытаются что-то делать, но безуспешно. Кроме этого, армяне Москвы – это люди, которые когда-то решили уехать из Армении и хотят зарабатывать, ассимилироваться. После определенного периода они могут вспомнить о том, что должны были сохранить национальную идентичность и научить своих детей языку.

В Армении, несмотря на все экономические трудности, мне очень нравится. Есть еще в людях простота и доброта (она, конечно, везде есть, но в Армении больше). Там никто не нуждается в том, чтобы сохранять язык и культуру.

Ты сказал, что армяне Москвы хотят ассимилироваться. То есть, ты видишь реальную тенденцию армян Москвы к потере идентичности. Как думаешь, что бы могло реально объединить московских армян в общину и препятствовать ассимиляции?

Я думаю, что в Москве это очень сложно. Когда я вижу, что люди из Армении переезжают в Москву, то понимаю, что люди просто хотят жить в России, они готовы делать что угодно, чтобы заработать. Только Армения может объединить московских армян, поскольку не думаю, что когда-нибудь удастся создать в России армянский квартал, например, как Лос-Анджелесе или Бурдж Хаммуд в Бейруте. Я заметил, что все народы, приезжающие в Москву, со временем теряют свою идентичность и становятся «москвичами».

Я слышала, что в ближневосточной общине сильно развито чувство партийной принадлежности. Это правда?

В Ливане существуют три армянских политических партии: «Дашнакцуцюн», «Гнчак», «Рамкавар». У каждой из них есть свои школы, спортивные и культурные клубы. Большинство поддерживает «Дашнакцуцюн», поскольку, по моему мнению, эта партия очень многое сделала для народа, в первую очередь руками таких великих деятелей как Симон Врацян, Левон Шант, Никол Ахпалян, Драстамат Канаян и др. Все школы и клубы были построены в их времена, и эта любовь к «Дашнакцуцюн» передается из поколения в поколение, хотя сейчас уже меньше.

Бывают ли конфликты между армянами из-за принадлежности к разным партиям?

Раньше бывали, в 1958-ом даже люди погибли из-за этого (В Ливане армянская диаспора, в частности «Дашнакцутюн» и «Гнчак», поддерживали вооруженных конфессиональных ополченцев, прежде всего с целью защиты общины (впервые в 1958 году, а затем в период гражданской войны в Ливане в 1975—1990 годах), но также для обеспечения собственных целей, что приводило к убийству одних армян другими – прим. ред.), но сейчас, так как нас становится все меньше и меньше, таких конфликтов, к счастью, уже нет.

Почему меньше?

Потому что очень трудно жить в Ливане, условия не очень приятные, начиная с инфраструктуры и элементарных вещей, как вода и электричество, заканчивая экономическими проблемами. Кроме этого, всегда существует опасность войны, в том числе гражданской. А еще большинство нас, ливанских армян, всегда имело развитое национальное самосознание, и моя бабушка всегда вспоминала, что арабы-христиане плохо говорили об армянах, мол, лучше было бы, если бы наши корабли не доплыли до Ливана и тд. Конечно, таких конфликтов сейчас очень мало и мы видим очень много браков между армянам и арабами, но я все равно считаю, что мы в Ливане временно, как и все христиане там.

Я, как бывший представитель московской общины, считала, что ситуация со смешанными браками в ближневосточной общине получше, чем в России и на западе, например.

Да, лучше чем в России, и на это есть причины. Религиозные учреждения – только они имеют право заключать браки и разводить. Если армянин хочет жениться, он может идти только в церковь, нет понятия загса. Но все равно ситуация ухуждается. Раньше, если отцы переставали общаться со своими детьми, когда те выходили замуж за арабов, то сейчас это нормальное явление.

Но все же в Ливане, Сирии армяне сохраняют самосознание лучше, потому что находятся в чужеродном окружении.

Да, это правда, там лучше чем в России, во-первых, потому что в общине все знают друг друга, и раньше было стыдно жениться или выйти замуж за арабов, но сейчас спокойно к этому относятся, в основном.

Я правильно поняла, что в Ливане в армянских церквях не венчают брак армянина и неармянина?

Венчают, если мужчина армянин, и жена его становится армянкой после брака.

А если армянка, а муж ливанец-христианин?

То они должны идти в арабскую церковь. Все по мужу. Если муж мусульманин, то к шейху.

Какое у ливанских армян отношение к Армении?

Отношение к Армении, конечно, положительное. Не найдется никого, кто не любит Армению. Но стереотипы тоже есть: говорят, что не дадут там работать, произвол мафии и тд, хотя очень легко говорить, когда ты ничего не делал. Честно скажу, в Ливане народ очень избалован, все последние модели телефонов и машин, и для них Армения – дешевая страна. Если средняя з/п в Ливане $1000, которую едва хватает на то, чтобы жить без долгов, то в Армении это хорошие деньги. Многие говорят про не очень качественный сервис и, к сожалению, их обманывают в такси, ресторанах и тд. Но я скажу, что это везде бывает, и ливанский таксист обманет туриста из Армении и возьмет больше денег, если у него будет такая возможность. Просто такая ситуация не очень реалистичная, потому что из Армении нет много туристов в Ливане. Со временем ливанские армяне привыкнут к народу Армении, даже сейчас между ними заключается много браков.

Можешь привести какой-нибудь пример, показывающий отличительные черты армян из разных мест?

Много смешных примеров, связанных с языком. Например, глагол «շփվել» (шпвел) в Армении означает «общаться», а в Ливане он обозначает интимные взаимодействия. Я знаю одну супружескую пару, где жена хотела сказать мужу, что просто общается с одногрупником из Индии, «պարզապես շփվումենք». Это было несколько раз, и можно представить, как чувствовал себя муж в эти несколько раз, пока не выяснил значение слова.

В связи с недавними событиями в Армении повсюду идут разговоры о намерениях армян диаспоры вернуться на родину. В какой стране лично ты хотел бы жить и почему?

Сильная Армения даст надежду, чтобы те, кто оттуда уехал, рассмотрели возможность вернуться, и для этого учили своих детей армянскому языку, как минимум. Безусловно, я бы хотел жить в Армении, я так думал и до последних позитивных событий, но, к сожалению, на данный момент не готов, в связи с личными семейными обязательствами, но я к этому готовлюсь и считаю Армению свои домом. Я надеюсь, что будут создаваться условия для того, чтобы была массовая репатриация, как программа для переезда в Израиль.

Существует уже, на самом деле. Repatarmenia и Birthrightarmenia.

Да, но не такая легкая, как израильская, в которой помимо того, что дают возможность учить язык, еще выдают пособия и помогают с жильем. Пособия являются ключевым фактором, я думаю. И также должны быть программы для адаптации. Есть много людей в возрасте, которые хотели бы переехать, но они никого там не знают.

Да, много сдерживающих факторов и предубеждений. Очень надеюсь, что положительные изменения в стране поспособствуют репатриации и наши дети будут расти на армянской земле. Спасибо за беседу.

И вам спасибо.

Комментарии

Что читать далее