Armat - national platforms
Регистрация
1

....

2
Зарегистрируйтесь, чтобы иметь возможность публиковаться и делиться своим мнением и взглядами
Позвольте нам узнать о вас немного больше
Выполнено
Войти
Войдите, чтобы иметь возможность публиковаться и делиться своим мнением и взглядами
Войти
Забыли пароль?

или присоединяйтесь к нам через социальную сеть

Отправить
Войти
Регистрация
Онник Динкджян: потомок армян Тигранакерта и хранитель армянского музыкального наследия
Культура

Онник Динкджян: потомок армян Тигранакерта и хранитель армянского музыкального наследия

«Это Диарбекир, это настоящий я! Это мой язык. Я чувствую с ним связь от кончиков волос до кончиков пальцев» – говорит Онник Динкджян во время записи своего последнего альбома, и его доброе, седовласое лицо в этот момент излучает детский восторг. 

Диарбекир, а по-армянски, – Тигранакерт – это город предков Онника, который находится в Западной Армении. Он не родился и не жил там, так же, как и его сын, виртуозный игрок на уде Ара Динкджян. Но творчество и жизнь отца и сына неразрывно связаны с этой землёй и с армянскими корнями. Имя Онника Динкджяна не известно ни армянам в Армении, ни в России, ни в целом постсоветского пространства, однако его вклад в армянское музыкальное наследие заслуживает, чтобы о нем знала не только западная диаспора. 

Онник Динкджян, урождённый Жан-Жозеф Милиян, родился в Париже в 1929 году в семье беженцев из Тигранакерта. Имя он поменял, когда после смерти родителей его усыновили крестные родители Динкджяны, тоже из Тигранакерта.

Ребёнок рос в Париже и каждую субботу посещал армянскую церковь Св. Григория. Наверное, именно отсюда начинается его музыкальная история – с момента знакомства с армянскими шараканами (церковными песнопениями).

«Я был абсолютно влюблен в музыку. Это то, что принесло меня в армянскую церковь, необязательно как религиозного человека, но как любителя армянской музыки».

Шараканы производят на ребёнка такое сильное впечатление, что он каждую субботу в одиночку преодолевал большое расстояние, чтобы просто стоять и слушать: «Мой день не был бы полноценным, если бы я не ходил послушать шараканы - говорит Онник – в то время, когда все дети хотели стать бейсболистами, как Бейб Рут, я говорил, что хочу стать Шахмурадяном (выдающийся оперный певец XIX века), потому что у нас была запись его исполнения песни ‘Айастан’, и это была моя детская мечта».

Зная пристрастия мальчика, отец Онника договаривается с хормейстером церкви пароном Нишаном Серкояном, чтобы тот позволил спеть ему хотя бы маленькую часть из шараканов. Это случается за 2 недели до того, как семья покидает Францию. Хормейстер парон Нишан Серкоян, человек жестких нравов, сказал ему «ты сделал это хорошо». Годы спустя, возможность спеть маленькую партию шараканов на своей последней службе в церкви Св. Григория останется одним из самых сильных впечатлений в жизни Онника. Вскоре семья переезжает в Америку.

В 1946 году семнадцатилетний Онник Динкджян вступает на американскую землю.

Он и его семья зарабатывали на жизнь физическим трудом, но армянская церковь и в Америке оставалась внушительной частью жизни Онника: спустя время он начинает служить в кафедральном соборе Св. Вартана в Нью-Йорке в качестве дьякона. Руководство церкви активно отправляло Онника петь на армянские мероприятия в Нью-Йорке и Нью-Джерси, оплачивая лишь расходы во время поездки.

«Мой отец Онник поет, потому что он любит петь. Тот факт что его песни имели такой успех и  распространение, продолжает приятно удивлять его» - Ара Динкджян.

Во времена молодости Онника (1940-50-е годы) армяне в Нью Йорке были посетителями большого количества ночных клубов, но там можно было услышать только живую турецкую музыку: «У нас не было музыки из Армении. (...) Я был под сильным влиянием старых, сохранившихся армян из Турции, но все они пели и играли турецкую музыку – музыку наших бабушек и дедушек. На таких инструментах как уд и скрипка играли только новоприбывшие эмигранты, находясь под влиянием старой Турции».

Уже тогда Онник Динкжян начинает осознавать, что американо-армянская аудитория испытывает сильный недостаток в настоящей армянской музыке. Судьба сталкивает его с виртуозными удистами, такими как Грант, Кенни Бояджян, Рубен Алтипармакян. С последним он записывает ставшую хитом песню «Нью-Йорк, Бостон, Калифорния».

В середине XX века между западноармянской общиной и советскими армянами культурного обмена практически не происходило. Записи советских армянских исполнителей нелегально проникали на американский континент через Бейрут и Алеппо. Благодаря этим записям Онник Динкджян все больше проникался современными и традиционными народными песнями в интерпретации таких известных теноров как Ованнес Бадалян и Рубен Матевосян. «Они были моими кумирами» - говорит он.

Очарованный музыкой из далекого Армянского ССР, Онник перебирает многочисленные материалы и создает красивые интерпретации армянских мелодий, используя уникальный западноармянский музыкальный инструментарий. По его словам, ему тогда трудно было понимать текст многих песен на восточноармянском языке, поскольку записи были нелегальными и, следовательно, низкокачественными: «...Поскольку не было письменных текстов, мне бы пришлось часами слушать и пытаться понять, что они имели в виду».

Тем не менее, ему удалось прекрасно исполнить песни Yes Mi Sirun Aghchig Desa и Dle Yaman на местном армянском языке. «После того как я выучил эти песни, я начал петь их в своем собственном стиле. Естественно, если петь точно так же, как в оригинале, не было бы смысла это слушать» - говорит Онник.

Таким образом, западноармянские общины приобрели возможность широко ознакомиться с советской армянской музыкой в элегантном, изящном исполнении Онника.

Армянской музыке в диаспоре быть: в течение шести лет Онник Динкджян выпускает четыре альбома: Onnik (1972), Onnik Encore (1976), Just For You (1978), которые, можно сказать, становятся частью армянского музыкального наследия. В трех из четырех записей Онника сопровождает легендарны виртуоз уда Джон Берберян. Ара Динкджян, сын Онника, также участвовал в записи альбомов, играя на думбеке (ударный музыкальный инструмент). В 1972 году ему было всего 14 лет. Сегодня Ара Динкджян считается одним из топовых удистов мира. «Я рос в доме, где главой был Онник Динкджян, музыка – это то, что я слышал каждый день в своей жизни» - говорит Ара, отвечая на вопрос, почему он выбрал музыкальное поприще.

Любовь к армянским шараканам также не прошла бесследно. В более зрелом возрасте, в 2009 году, Онник выпускает альбом Havadamk («Вера»), о котором скажет: «Из всех вещей, которых я сделал, Havadamk - это то, чем я горжусь больше всего».

Свой родной тигранакертский диалект Онник Динкджян не только не забывал, но и всячески использовал. Его альбомы обязательно содержали песни на родном наречии (например, а альбоме The Many Sides Of Onnik, , где в качестве ударника выступал известный мультиинструменталист Арто Тунчбояджян). В 2014 году вышел его альбом Diyarbekiri Hokin («Душа Диарбекира»), где представлен местный фолк диарбекирских армян в сопровождении игры виртуозных музыкантов, включая его сына, Ару Динкджяна (видео ниже). Многие называют его последним альбом лучшим в карьере. В октябре 2015 года эти и другие фольклорные песни прозвучали со сцены Стамбула. Онник был встречен местной аудиторией бурными овациями, все пели и танцевали под армянскую народную музыку.

 «Я чувствую, что мой отец сделал абсолютно уникальный вклад в армянскую культуру, - говорит Ара, - его записи путешествуют по всему миру. Его стиль и репертуар продолжают влиять не только на следующее поколение, не только на армян по всему миру, но и на другие культуры. Все это получилось само собой, случайным образом».

 

фото на обложке: armenianweekly.com

Комментарии

Что читать далее